• Унижение нищетой. Председатель СК назвал причину керченской резни

    Об этом глава Следственного комитета РФ Александр Иванович Бастрыкин рассказал слушателям Всероссийского государственного университета юстиции.
    Унижение нищетой. Председатель СК назвал причину керченской резни

    Особое доверие вызывает тот факт, что главный следователь страны сделал чрезвычайно серьезные выводы, опираясь не на объяснения убийцы, который, между прочим, не сдался властям живым и никаких показаний не дал, а по результатам расследования. Несомненно, найдутся те, кто многое припомнит Бастрыкину и не станет прислушиваться к его мнению исключительно из принципа, но не учитывать того, что прозвучало из уст одного из самых информированных людей в стране и опытного профессионала, и сбрасывать это со счетов по крайней мере неразумно. Он ведь не только всерьез занимался юридической наукой, защищал диссертации (правда, ближе по теме к международному праву), преподавал, принимал участие в целом ряде резонансных политических мероприятий, но начинал-то свою профессиональную деятельность в качестве оперативника угрозыска и следователя в следственном отделе, а в конечном счете даже возглавил одно из самых эффективных правовых ведомств в стране, кто бы что ни говорил. Если кто-то думает, что существуют «хорошие» следователи, то ошибается так же, как если бы думал, что существуют «хорошие» гробовщики. Те и другие приходят всегда к горю, а не к радости. Поэтому считаю, сторонние оценки в данном конкретном случае нужно отложить подальше. Он затронул на упомянутой лекции важнейшую тему, которая достойна не только подробных исследований, но и совершенно практического анализа. В ней могут увязнуть и политики, и социологи, и психологи, и практики-криминалисты, и, разумеется, журналисты — настолько она синтетична по целому ряду причин.

    Напомню, что речь шла о причинах, вынудивших студента четвертого курса Керченского политехнического колледжа Владислава Рослякова 17 октября прошлого года вооружиться помповым ружьем, запастись взрывным устройством и убить 18 студентов, а также еще и покалечить 50. По версии следствия, он покончил с собой в колледже, не сдавшись полиции. Это означает, что Росляков ясно осознавал всю тяжесть содеянного и на пощаду, как и на понимание, рассчитывать не смел. Он считал себя смертником с самого начала этого чудовищного акта. Списать все на его неуравновешенность или даже безумие, на зараженность сознания подобными примерами из мировой практики, в основном США, было бы большой ошибкой, последствием которой могут стать повторения содеянного им другими молодыми людьми.

    Такая манера поведения в России никогда не была свойственна юному поколению, несмотря на то, что очень и очень многие относились к числу неблагополучных семей и вряд ли уровень культуры, который им был доступен, остановил бы кого-нибудь из них. Ведь вся история страны — это не только промышленное и образовательное строительство, но и череда жесточайших войн как справедливых, так и тех, которые называются гражданскими — и ни о какой справедливости там и речи быть не могло, нескольких революций, переворотов, разрухи. Расходным материалом всегда были подростки, даже малые дети, оставшиеся без надзора. Они становились свидетелями такого кровавого расщепления общества, арестов родных, исчезновения целых семей, разрушения деревень и городов с их памятниками, музеями, промышленностью, торговлей, собственностью, местами поклонений национальным ценностям, что требовать от них благонравия было невозможно. Ведь совершенно не случайно в свое время даже первый глава ВЧК Феликс Дзержинский, организовавший целый ряд карательных мероприятий, всерьез озаботился беспризорниками, которые были рекрутами самой жестокой, какая только существует, преступности. И все равно, несмотря на участие несовершеннолетних в войнах, уголовных бандах, до массовых убийств своих сверстников они не додумывались. Понадобилось роковое изменение времен, искажение нравственных ценностей, крушение — пусть во многом и лицемерной — идеологии, а также завораживающего примера из стран, которые все это прошли и проходят поныне, чтобы молодой человек взялся за оружие и пострелял своих соучеников и учителей. Для этого потребовалось самое малое в качестве повода: опыт, полученный из кино с жестокими сюжетами, случайная доступность оружия и отвратительный пример тех, кто это все уже сотворил в далекой и совершенно непонятной керченскому стрелку стране.

    Унижение нищетой. Председатель СК назвал причину керченской резни | Изображение 1
    Источник фото: РИА «Новости»

    Приведу, наконец, цитату из высказываний председателя СК Александра Бастрыкина (источник — соцсеть «ВКонтакте» и РБК):

    «Надо поощрять нравственное и положительное поведение, это мы особенно чувствуем, когда дети достают винтовки, пистолеты, бомбы, гранаты и идут в наши школы. В чем причина в Керчи? Унижение на основе разного имущественного положения. Этого мальчика в Керчи постоянно унижали одноклассники. <…> Я не знал этого, оказывается, сейчас важно ходить в джинсах именно американских, а не в подделках под американские, футболка точно такая же, не подделка. Он подделывал, покупал на рынке где-то, у него мама одна была. Его постоянно унижали на этой основе. Вот результат — нашел вариант в интернете, посмотрел, как в американской действительности это произошло».

    По-моему, очень редко, когда даже опытный профессионал видит в частном случае большое и опасное явление. И еще реже, когда у нас облеченный огромной властью человек решается высказаться на эту тему. К сожалению, чаще всего в оперативных подразделениях и следственных органах служат люди с досадно узким взглядом на житейские проблемы и просто автоматически выполняют свои обязанности. Это как раз не тот случай. Было много споров, правильно ли переквалифицировали дело Рослякова со статьи «Теракт» на статью «Убийство двух и более лиц общеопасным способом». В этих спорах приняли участие и политики, и психологи, и юристы. Но ни к какими выводам не пришли, тем более виновник мертв и показаний дать не мог. А точнее, не захотел, порешив себя сам. Правда, поговаривали, что его убили во время штурма. Но я в это не верю.

    Однако слова Бастрыкина, произнесенные им перед слушателями, которым предстоит в дальнейшем заниматься проблемами юстиции, стоят дорого, потому что он сказал главное: причина (а вовсе не случайный повод) в том, что «этого мальчика в Керчи постоянно унижали одноклассники». Думаю, он был далеко не единственным, у кого на джинсах не тот лейбл, а майка — всего лишь дешевая китайская печатка. Но это наложилось на его особенную психику. Всего лишь наложилось, а не подвергло социальной коррекции. Тут бы слова из Пушкина совсем по иному поводу о том, что «его пример другим наука», но язык не поворачивается, потому что наука оказалась такой кровавой, такой жестокой, что называть случай примером есть крайняя форма цинизма. Однако это произошло, а причина тому медленно, но неуклонно варится в других местах, других колледжах и школах, телепрограммах, ленте новостей, повседневной жизни больших и малых, полных и неполных семей.

    При этом повсеместно не идет большая война с нашим участием и участием наших детей, не зверствует голод, то есть нет того, что, казалось бы, должно было подобные частные эпизоды сделать общим явлением. Но в том случае, как в капле воды, отразился нравственный провал в душах старших и младших, который подпитывается унижением надежно скрытой за внешними проявлениями цивилизации самой обыкновенной нищеты. Если молодой человек решил, что он презрен своими сверстниками за ненадлежащую фирменную одежку и что это и есть неисправимая его личная нищета, то он, разумеется, болен или преступен, но в то же время является продуктом нашего времени, когда обертка способна заменить содержание и это не встретит должного протеста у тех, кого он еще пока не расстрелял и кто его обучает мирной специальности в обычном колледже.

    В словах Бастрыкина я услышал неожиданное для меня острое сожаление о том, что их вызвало. Но хорошо бы все это произносить не только в студенческой, университетской среде, а там, где выводы повлекут более результативные размышления и последствия.

    Андрей Бинев, журналист, аналитик