• 27 ноября 2019, 17:45

    Починить сломанное сердце

    Как поставить «живой» клапан и можно ли оперировать при раке? Рассказывает главный кардиохирург Сеченовки

    После операций на сердце многие люди остаток жизни проводят на таблетках. Нередко — совершенно не полезных для здоровья. У других сердечно-сосудистые патологии сочетаются с раком, и такие случай в России считаются безнадежными. Всех этих пациентов можно спасти. О том, какие болезни сердца сегодня самые опасные и можно ли вылечить даже редкие недуги нашей главной мышцы, «360» поговорил с профессором Романом Комаровым, заведующим кардиохирургического отделения Клиники аортальной и сердечно-сосудистой хирургии Первого МГМУ имени Сеченова.
    Починить сломанное сердце

    Смертельный топ

    Рейтинг смертности от сердечно-сосудистых заболеваний возглавляют инфаркты, на втором месте — инсульты. Третье занимают патологии сердечных клапанов. В этой области лидируют дегенеративные пороки, связанные со старением и кальцификацией клапанов, прежде всего — аортальный стеноз. Ранее эту позицию занимал ревматизм сердца. Завершают перечень наиболее опасных заболеваний аневризмы аорты и атеросклероз периферических артерий. Причем им подвержены не только люди в возрасте.

    «Сейчас патологии встречаются и у молодежи. Сначала начинается атеросклероз, потом — дисплазия соединительной ткани. То есть у молодых больных тоже встречаются аневризмы аорты и клапанные недостаточности из-за слабости соединительной ткани», — добавил кардиохирург.

    Предупредить развитие некоторых заболеваний легко с помощью обычного УЗИ сердца и сонных артерий. Их результаты показывают, есть ли патологии клапанов или бляшки в сосудах, после чего врачи подбирают лечение. Поэтому за здоровьем лучше следить с юности, не пропускать диспансеризации или профосмотры. В тяжелых и запущенных случаях избежать хирургического вмешательства не получится.

    Некоторые уникальные не только для России, но и мира операции проводят медики клиники Сеченовки. Для россиян есть квоты, чтобы хирургическая помощь была бесплатной. Нужно записаться на консультацию к завотделением или другому хирургу клиники. Цена для иностранных граждан варьируется в зависимости от тяжести заболевания и вида вмешательства. Но в любом случае стоимость на порядок ниже европейской.

    Заплатка на сердце

    Одна из таких операций — установка клапана, создаваемого из перикарда, то есть наружной оболочки сердца. Обычно больным с этой патологией ставят механические клапаны. И потом люди вынуждены жить на антикоагулянтах — препаратах, разжижающих кровь. В частности, варфарине. Его дозировку нужно регулярно поправлять: контролировать свертываемость крови и измерять международное нормализированное отношение (МНО).

    «Он обладает токсическим влиянием на печень. Часто у пациентов, принимающих варфарин, возникают проблемы с этим органом. Также у него выраженное тератогенное действие (нарушение эмбрионального развития под воздействием лекарства — прим. ред.). Из-за его приема пациенткам трудно забеременеть и еще сложнее рожать», — пояснил Комаров.

    Еще одна сложность в том, что даже самые современные клапаны неидеально воспроизводят настоящие. Есть на рынке, отметил кардиохирург, биологические аналоги. Их делают из бычьих или свиных перикардов, но они в разы толще человеческого.

    «Створки такого клапана фиксируются по переходу левого желудочка и аорты, давая самый низкий градиент. То есть ни один производимый компаниями клапан не даст таких гемодинамических параметров, как хендмейд из своего перикарда. Человек приходит с испорченным клапаном, а уходит со здоровым сердцем. При этом ему потом не требуется пить таблетки», — подчеркнул Комаров.

    Сейчас врачи клиники проводят порядка 100 таких операций в год, с недавних пор даже детям. Ведь с ними ситуация совсем тяжелая — промышленность не выпускает клапаны маленьких размеров.

    Рак и сердце

    Кроме сердечно-сосудистых, в России высокая смертность от онкологических заболеваний. У некоторых пациентов болезни сочетаются, например, когда рак легких инвазируется в нисходящую грудную аорту. Почти по всей стране таких пациентов считают неоперабельными.

    Для этого человека подключают к аппарату искусственного кровообращения и удаляют пораженный орган — полость сердца или сосудов, заменяя протезом. По словам Комарова, они прооперировали многих таких больных, причем с хорошими результатами.

    У другой группы больных рак никуда не прорастает. Но во время предоперационного обследования можно заметить конкурирующее сердечно-сосудистое заболевание. В итоге онкологи отказываются оперировать опухоль из-за патологии сердца, а кардиохирурги — из-за рака. В России таких пациентов около 5-10% от общего числа онкобольных. Люди месяцами ходят от одного хирурга к другому, обе болезни прогрессируют. В итоге пациенты умирают, так и не получив помощи. «Ментальность врачей такая, что они не верят, что это можно сделать успешно, причем „в одном флаконе“. У нас много сейчас лежит больных разного возраста с такими сочетаниями», — уточнил кардиохирург.

    Ноу-хау метода в том, что возможности кардио- и сосудистой хирургии развязывают руки онкохирургам. Позволяя им, не притрагиваясь к опухоли, убрать ее в пределах здоровых тканей. Но проблема в том, что почти ни в одном онкоцентре, кроме центра имени Блохина, нет аппаратов искусственного кровообращения.

    «Эти операции возможны только там, где онкологи не боятся оперировать сосуды и сердце. Возможности искусственного кровообращения открывают новую страницу в хирургии запущенных онкозаболеваний», — заключил Роман Комаров.