• 03 октября 2019, 06:00

    Рождение убийцы. Новый «Джокер» как история самого мрачного комика на свете

    Этот фильм напоминает своего героя — под маской клоуна скрывается серьезное нутро. Но так ли опасен «Джокер» с Хоакином Фениксом, как сам Джокер? Колумнист «360» рассказывает о своих впечатлениях от самой ожидаемой картины осени 2019 года.
    Рождение убийцы. Новый «Джокер» как история самого мрачного комика на свете | Изображение 1

    Ему дали главную награду Венецианского фестиваля, а «Оскара» могут и не дать — слишком уж много вокруг споров. Но мнение академиков и критиков не отменят факта, что «Джокер» — главное ожидание киноосени.

    Джокер широко известен, но никто не знает, чего ждать от фильма, где он не только главный герой, но и, пожалуй, единственный — остальные персонажи стали второстепенными участниками бенефиса ужасного и неповторимого клоуна.

    Новую картину снял режиссер разудалых комедий Тодд Филлипс, а сыграл Хоакин Феникс, чье актерское мастерство перевоплощения достигло новой, небывалой отметки. Здесь тоже есть шутки, не менее острые и неполиткорректные, чем в «Мальчишнике», но здесь они лишь приправа к главному блюду — бескомпромиссному триллеру о рождении злодея.

    Рождение легенды

    Спойлеры — бич современной эпохи, поэтому обойдемся без них, лишь пунктиром отметив сюжет. Он, кстати, довольно прямолинеен и предсказуем, как и любой приквел, рассказывающий о прошлом хорошо известного персонажа.

    Никакого Джокера еще нет и в помине. В начале фильма мы знакомимся с Артуром Флеком. У него есть тяжелобольная мать и практически нет личной жизни с нормальной работой — он безуспешно заигрывает с миловидной соседкой (Зази Битц) и подрабатывает клоуном-аниматором.

    Единственная отдушина — передача юмориста Франклина (Роберт Де Ниро), в которой Артур мечтает выступить в качестве приглашенного стендап-комика. Но это лишь мечта, спасательный круг в жестоком и мрачном мире коррумпированного и развращенного мегаполиса, где богатые не скрывают презрения к бедным, а бедные грабят, бьют и издеваются друг над другом.

    Находясь на социальном дне, да еще страдая от приступов неконтролируемого смеха, Артур все больше погружается в бушующий в его разуме океан безумия. Сначала он слабо сопротивляется, но — и это великолепно передает жестикуляция и мимика Хоакина — в итоге не выдерживает напора накопившейся ярости и внешних обстоятельств.

    Мы увидим, как этот слабый и ранимый человек переродится. Его нервный смех перестанет вызывать насмешки и станет пугать больше дула пистолета, а гуттаперчевые черты лица вдруг затвердеют под слоем грима, чтобы стать маской Джокера — гения криминала, который вместо того, чтобы бороться с окружающей действительностью, станет ее самым зловещим олицетворением.

    Токсичный мир

    Рождение убийцы. Новый «Джокер» как история самого мрачного комика на свете | Изображение 2

    Секрет фильма кроется не в сюжете. Нет здесь ставки и на спецэффекты. Словно намеренно противопоставляя свое творение суперблокбастерам Marvel, Филлипс и сценарист Скотт Сильвер отказываются от компьютерной магии во имя магии кино.

    Вы не увидите такого количества виртуозных погонь, драк и перестрелок, которыми запомнился «Темный рыцарь». Зато хватает насилия — брутального, сырого и мрачного, как ядовито-желтые стены трущоб Готэма. Причем снято оно так, что смотреть по большей части неприятно.

    Даже для фанатов комиксов здесь не так много «мяса»: есть отсылки к прошлым экранизациям, дана новая версия родословной злодея и причины, сделавшей его немезидой Бэтмена (да, мы увидим встречу Джокера с родителями Брюса Уэйна и его самого в детстве), зато отброшены все стандартные приемы кинокомикса.

    Еще не авторское кино, но уже и не «попкорновая» пустышка, в которой в очередной раз спасают мир. Нет — Готэм уже не спасти. Этот город намеренно взят из американского прошлого, он соткан из грязных подворотен и блеклых улиц, деградирующей социальной системы и пронизывающего все этажи общества цинизма.

    И тут по-настоящему раскрывается талант и Феникса, и Филлипса, и всей съемочной команды: драма плохого комика достигает высот трагедий Шекспира и романов Достоевского. И вот уже кажется, что Флек и не Флек вовсе, а Раскольников, только лишенный совести.

    Насилие как метод

    Описывая ядовитую атмосферу нового Готэма, все критики в унисон вспоминают «Таксиста» Мартина Скорсезе — криминальную драму 1976 года о ветеране морской пехоты, восставшем против беспредела на улицах Нью-Йорка. Сходство и правда есть, порой даже может показаться, что в кинотеатре по ошибке поставили ленту 80-х годов — настолько убедительно нас переносят на 30-40 лет назад во времени.

    Кстати, «Таксист» тоже ругали за поэтизацию насилия и психических отклонений, а также за излишне сочувственное изображение «одинокого волка», готового расстреливать людей направо и налево. В наше неспокойное время реакция на «Джокера» оказалась еще острее.

    Силовые структуры США провели специальную подготовку к премьере, а режиссер и главный актер максимально сократили общение с прессой, пытающейся обвинить их в гимне насилию, которое может вдохновить настоящих подонков.

    Впрочем, позиция авторов фильма известна: искусство — повод для размышления, а не действия. Что до нестабильных личностей и серийных убийц, то им все равно, где искать источник вдохновения.

    Пожалуй, картина доказывает их правоту. Да, это непростой фильм, и вместо черно-белых тонов здесь иногда предлагают понять убийцу (но не его поступки) или разглядеть неприятные черты в персонажах, на первый взгляд совершенно положительных.

    Это не апология насилия, а метод, позволяющий порассуждать как об одиночестве современного горожанина, так и об ответственности общества перед его отдельными членами. Но главное, он дает возможность показать, как чужая жестокость и безразличие могут стать катализаторами самых темных сил человеческой души.

    Посмотреть этот фильм стоит, но я бы посоветовал его прежде всего не поклонникам комиксов, а взрослому и серьезному зрителю, готовому не просто поразвлечься, а еще и подумать над тем, что ему показывают.

    Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.