• Фантомные «палки». Как россиянам подбрасывают наркотики

    Спецкора «Медузы» Ивана Голунова задержали из-за подозрения в наркоторговле. Правоохранители заявили, что в его рюкзаке и квартире нашли свертки с мефедроном. Коллеги журналиста уверены — наркотики подбросили. По просьбе «360» экс-сотрудники МВД и ФСИН рассказали, зачем россиянам подбрасывают запрещенные вещества и как это связано с «палочной системой».
    Фантомные «палки». Как россиянам подбрасывают наркотики | Изображение 1
    Иван Голунов в суде. Источник фото: РИА «Новости»/Евгений Одиноков

    Подкинуть или добавить

    Полковник внутренней службы ФСИН в отставке Василий Макиенко рассказал «360», что подбросы наркотиков широко применялись в 1990-е годы из-за «размытия профессионального ядра» правоохранительных органов. На места опытных сотрудников пришли те, кто плохо знал свое дело.

    Сейчас ситуация в плане профессионализма улучшилась, но не до конца. Не исключено, что какие-то недобросовестные сотрудники, чтобы заранее получить нужный результат, практикуют такие методы

    Василий Макиенкополковник внутренней службы ФСИН в отставке.

    В беседе с «360» экс-начальник криминальной милиции адвокат Евгений Харламов рассказал, что слышал о ситуациях, когда человека задерживали с серьезным объемом наркотика. Но вменяли не хранение в крупном или особо крупном размере, а приготовление к сбыту — преступление, за которое наказывают более длительным сроком лишения свободы.

    «Бывали случаи, когда при задержании у человека находили героин. А дома, например, какие-нибудь весы. И вот раньше, да и сейчас, в обвинении допускалось, что человек де-факто кому-то продавал. Хотя нет ни одного доказательного факта, просто предположение. Но на таких предположениях часто человеку вменяют, что он торговец-барыга», — добавил Харламов.

    Сейчас, по его словам, суды принимают в расчет лишь прямые доказательства наркоторговли. В остальных случаях наказывают лишь за хранение. И, конечно, были случаи, когда недобросовестные правоохранители «добавляли» задержанному наркотики до необходимого для заведения уголовного дела количества и получали «палки».

    Печально известная «палочная система» учитывала количественные показатели сотрудников правоохранительных органов, например, число задержанных правонарушителей, ожидаемое изменение числа этих нарушений и их вес в оценке деятельности подразделений. Чем больше «палок» было у сотрудников, тем более эффективной считалась работа всего ОВД. Правда, вес у «палок» тоже был разным. Одно дело задержать нетрезвого дебошира и совсем другое — наркоторговца. После реформы МВД в 2012 году систему учета показателей изменили и официально она исчезла. Но фактически, говорят опрошенные «360» эксперты, она до сих пор есть в том или ином виде.

    Официально «палочной системы» у нас нет. Но она никуда не делась. Как требовали одно раскрытие в месяц, так и продолжают требовать. Как требовали с участковых, помимо одного раскрытия, пять протоколов административных, так это и продолжается. Не сделал — минус один выходной

    Евгений Харламовэкс-начальник криминальной милиции.

    «Попасть в жернова»

    По словам полковника, до реформы в 2011–2012 годах в одном из столичных ОВД выполнение «палочного» плана было поставлено на поток. Через агентуру милиционеры подбрасывали людям наркотики и патроны. Но посадить невиновных удавалось нечасто, ведь на боеприпасах и пакетиках не было отпечатков пальцев подозреваемых. А смывы с пальцев, экспертиза одежды и тест на употребление запрещенных препаратов также ничего не показывали.

    «В конечном итоге, когда соответствующая статистика накопилась, контролирующие структуры заинтересовались, почему стольких задерживают с патронами и наркотиками, а 80% отпускают. Другое дело, сколько это нервов и денег попортило тем, кто попал в эти жернова», — отметил Макиенко.

    За случаями подброса наркотиков достаточно добросовестно, по мнению полковника, следят сотрудники Управления собственной безопасности МВД и прокуратуры. В работе они анализируют статистику задержаний-освобождения и жалобы граждан и оперативно принимают меры.

    Во время работы Харламова в органах случаи, когда человеку удавалось доказать, что наркотики ему не принадлежат, были скорее исключением, чем правилом. Задержанных с дозой наркоманов, которым «докинули» до нужного количества, иногда отпускали — эксперты устанавливали, что состав «своего» и подброшенного наркотика был разный. За почти 14 лет адвокатской практики ему лишь дважды удалось доказать, что наркотики подзащитному подбросили. Собеседник признает: с одной стороны, это крайне мало, с другой — много в сравнении с колоссальным противодействием правоохранительной системы. Чаще люди предпочитают опустить руки и получить срок, чем нанимать адвоката и бороться за себя.

    Домашний арест по 228-й

    Макиенко отметил, что в случае с Голуновым сложно однозначно сказать, подбросили ему наркотики или нет. Для этого нужно знать подробности дела и объективные доказательства: есть ли отпечатки пальцев на свертках, свидетели, видео- и аудиозаписи.

    «Если журналист оказался разменной монетой в каких-то играх, я ему сочувствую. Даже если его в конечном итоге оправдают, все равно нервы потреплют по полной программе. Неоднозначная ситуация. Но когда дело касается околокриминальных вопросов, вопросов криминальной юстиции, нужно тщательное и объективное расследование», — сказал он.

    В деле Голунова Харламова насторожило то, что в анализах не обнаружили следов наркотиков. Если запрещенное вещество нашли и журналист его не потреблял, могут сделать вывод о торговле. Но следствие не заявляло ни об одном свидетеле, который бы это подтвердил. «Либо имеет место фальсификация. Но это мое предположение, которое я могу сделать из той информации, что нам поступает», — добавил адвокат.

    Макиенко не исключил, что если бы на месте журналиста известного издания оказался бы условный менеджер Василий, ситуация могла бы развиваться не так позитивно. «Та общественная волна, что возникла, помогла тому, что в отношении него была избрана более мягкая мера пресечения. А какой-нибудь простой Вася Пупкин уже давно бы на нарах парился», — заключил полковник.

    Это мнение разделяет и Харламов. Ни разу, по его мнению, подозреваемого в наркоторговле не отпускали под домашний арест. Он считает: если бы не личность Голунова, мощная поддержка СМИ и общественности, его бы арестовали. С другой стороны, отметил собеседник, теперь для полиции «честь мундира» станет делом принципа. Поэтому правоохранители кинут все силы, чтобы разобраться в деле.

    «Классическая подстава»

    Адвокат Тимур Маршани заявил «360», что не понимает, почему защитники Голунова до сих пор не обратились в Следственный комитет с просьбой исключить сфальсифицированные сотрудниками данные из числа доказательств. Обычно жилища наркодилеров досматривают около 9-10 часов. А обыск в квартире журналиста, обратил внимание юрист, был коротким и целенаправленным, без привлечения кинологов. Обращение в СК помогло бы установить не только сфабрикованные улики, но и засекреченный источник информации, которым пользовались правоохранители.

    Когда следователи ходатайствовали об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей, они указывали причины, по которым это нужно сделать. Но в этом списке не было информатора, с помощью сведений от которого полицейские заподозрили и задержали Голунова. Отдельно Маршани насторожило, что в первые после задержания часы у журналиста не взяли анализ крови и смывы из-под ногтей.

    Голунов не наркоман, ранее ни в чем подобном замешан не был. Это классическая подстава, которая направлена на дискредитацию журналиста

    Тимур Маршаниадвокат.

    Доказать невиновность сложнее, чем сфабриковать дело. Тем не менее суд принял решение отправить журналиста под арест. Добиться исключения якобы изъятых во время обыска наркотиков из числа доказательств сложно. Но подать заявление в СКР о фальсификации доказательств все равно нужно. Не лишним будет нанять частных детективов для сбора доказательств невиновности и привлечения пула адвокатов, которые еще на стадии предварительного следствия и в суде докажут несостоятельность и бездоказательности обвинений. И помогут привлечь к ответственности всех замешанных в фабрикации улик сотрудников МВД.