facebook_pixel
  • 04 сентября 2020, 12:54

    Дело Ефремова вышло на финиш. Собрали все, что нужно знать о деталях суда в ожидании приговора

    Заседания суда по делу Михаила Ефремова закончились. Впереди — только приговор. Суд вынесет свой вердикт 8 сентября, а пока «360» собрал главные детали этого громкого дела.
    Дело Ефремова вышло на финиш. Собрали все, что нужно знать о деталях суда в ожидании приговора

    Роковая авария

    Вечером 8 июня в центре Москвы, на Смоленской площади, Михаил Ефремов на своем джипе вылетел на встречную полосу и столкнулся с фургоном Lada Granta. Происшествие попало на камеры видеонаблюдения.

    Водитель второго автомобиля, 57-летний Сергей Захаров, умер в больнице от полученных травм. Михаила Ефремова с места аварии увезли в полицию, актер был пьян и с трудом себя контролировал. В его крови также нашли следы наркотических веществ.

    Позже в СМИ появилось видео, на котором Михаил Ефремов пытался откупиться от полицейских.

    Улики и версии

    Первое признание на камеру: 9 июня актеру предъявили обвинение в пьяном ДТП, приведшем к гибели человека. В качестве меры пресечения назначили домашний арест, под которым Ефремов находится до сегодняшнего дня. Еще до суда артист признал свою вину в произошедшем.

    Второе признание на камеру: 13 июня он повторно признался, записав видеообращение к семье погибшего Сергея Захарова с извинениями. Ни раскаяние, ни предложенную актером финансовую помощь семья погибшего не приняла.

    Также о вине Ефремова свидетельствуют многочисленные записи с камер наблюдения в городе и смартфонов случайных свидетелей.

    Адвокат потерпевших Александр Добровинский предоставил видео, снятое с другой стороны улицы в первые моменты после аварии, на котором Ефремов выходит с водительского места своего автомобиля.

    Позднее Ефремов многократно отказывался от признания вины — такую тактику защиты актер выбрал вместе со своим адвокатом Эльманом Пашаевым. Юрист делал громкие заявления, которые регулярно тиражировали СМИ. Пашаев совершал выпады в сторону семьи погибшего в аварии Захарова, их адвоката и даже суда.

    Адвокат выдвигал различные версии, которые, по его мнению, могли бы свидетельствовать о невиновности Ефремова. Он заявлял, что Ефремов мог уступить водительское место неизвестному следствию знакомому перед поворотом на Садовое кольцо, где и произошла авария, а записи с камер называл «фейками низкой пробы» и даже пригласил эксперта, который говорил о вероятном влиянии хакеров или лазеров на поведение автомобиля на дороге.

    За три месяца следственных действий и суда Ефремов успел отказаться от своего адвоката, а затем снова нанять его для защиты.

    Пострадавшие и их требования

    Первыми пострадавшими в аварии признали ближайших родственников погибшего Сергея Захарова — вдову, двух сыновей и брата. Гражданской жене Захарова Ирине Стерховой, которая предоставляла доказательства того, что жила с погибшим, и даже оплатила часть его похорон, и ее сыну отказали в праве считаться потерпевшими.

    Вдова, сыновья и брат Захарова подали гражданские иски к Ефремову о компенсации морального ущерба. От любых досудебных компенсаций они отказались. Тем не менее 21 августа Ефремов через помощника своего адвоката перевел семье погибшего 200 тысяч рублей.

    Старший сын Захарова Виталий потребовал от актера через суд 6,5 миллиона компенсации, остальные члены семьи запросили компенсацию по одному рублю и заявили, что хотят только честного суда.

    При этом в СМИ появлялась информация о том, что родственники Захарова требовали 40 миллионов в качестве компенсации морального ущерба, однако адвокат потерпевших заявил, что это не соответствует действительности. Адвокат Ефремова Эльман Пашаев также говорил, что семья якобы требовала 150 миллионов за то, чтобы дело закрыли, однако и эту информацию Добровинский опроверг.

    Иск старшего сына суд удовлетворил частично и присудил ему компенсацию в 500 тысяч, вдове, брату и младшему сыну покойного защита Ефремова перевела запрошенную компенсацию в полном объеме — три рубля.

    Свидетельства за и против

    В самом начале судебного процесса, 6 августа, свидетель обвинения рассказал, что лично видел, как Ефремов вышел с водительского места после ДТП. Позже другой свидетель заявил, что сам выводил актера из машины — тоже со стороны водительского кресла.

    Свидетели защиты утверждали, что в машине, ставшей причиной ДТП, Ефремов был не один и за рулем сидел другой человек. Причем один из этих людей сам был пьян, к тому же с большой близорукостью.

    Все свидетели, найденные Пашаевым, говорили, что Ефремов сидел на пассажирском сиденье.

    Признание вины

    Суд по делу о смертельной аварии неоднократно затягивался — сначала из-за «занятости адвоката в других процессах», потом из-за самочувствия Ефремова. На заседании, где должен был состояться допрос актера, ему стало плохо — скорая забрала его прямо из зала суда.

    Только на последнем слушании, 3 сентября, актер признал свою вину. Незадолго до заседания адвокат Ефремова предупредил, что этого стоит ожидать, так как «люди вынесли ему приговор сразу же после случившегося».

    «Ваша честь, я раскаиваюсь и признаю свою вину, если это, конечно, сделал я», — объявил актер.

    Напоследок он заявил, что «цирк» из этого происшествия сделал не он, а семья погибшего Захарова.

    «Захаров умер утром 9 числа, а днем его родственники с адвокатом Добровинским были на телеэфире. Я не собирался отмазываться, я пошел в суд, чтобы установить истину. И снова оказался неправ. А если бы отмазался — был бы прав», — сказал актер.

    Каким может быть приговор

    Окончательный приговор Михаилу Ефремову суд вынесет в 11 утра 8 сентября. Обвинение запрашивает 11 лет колонии общего режима за пьяное ДТП со смертельным исходом и запрет на вождение автомобиля на три года, но адвокат актера настаивает на более мягком наказании — без лишения свободы.

    Член Центральной коллегии адвокатов Москвы Равиль Саберов рассказал «360», что неверно выбранная тактика защиты со стороны адвоката Ефремова может сделать срок больше, чем можно было бы ожидать. По его словам, у актера есть много смягчающих обстоятельств.

    «Так как у него несовершеннолетние дети есть, есть заболевание и он признал вину в итоге, вряд ли ему дадут такой срок. Все эти обстоятельства и возраст, суд, думаю, учтет. Я думаю, лет шесть дадут», — сказал он.

    Адвокат Тимур Маршани согласен: вероятность того, что суд приговорит Ефремова к запрошенному сроку, невелика — как минимум из-за состояния здоровья подсудимого. По его мнению, диапазон, в котором стоит ожидать приговора, — восемь-десять лет.

    «Здесь речь идет о наличии определенных обстоятельств, которые, безусловно, говорят о „неосторожной форме вины“ при совершении ДТП с последствиями в виде причинения смерти по неосторожности. Говорить о том, что будет суровое наказание, которое будет квалифицировано с максимально возможным квалифицированным уклоном, думаю, преждевременно», — уверен Маршани.

    Почему это дело важно?

    При этом значимость этого дела для института судебных защитников, по мнению Тимура Маршани, переоценить сложно. Он уверен, что из-за того, что профессиональные адвокаты не были допущены к процессу, все сообщество оказалось дискредитировано.

    «Безусловно, для придания статуса процедурности процесса, чтобы председательствующий ограничивал адвокатов в совершении вот таких театрализованных шоу, уродливо-комических, гротескных заявлений, которые превратили весь процесс в фарс, для давления на адвокатское сообщество это будет иметь огромное значение», — заключил он.

    При этом дело Ефремова сильно напоминает другой громкий процесс — над футболистами Александром Кокориным и Павлом Мамаевым, которые в октябре 2018 года подрались с чиновниками Минпромторга, а также с водителем ведущей Первого канала Ольги Ушаковой. Сам факт драки и предыдущие многочисленные скандальные поступки футболистов вызвали широкий общественный резонанс.

    Суд назначил футболистам по полтора года колонии — именно такой срок запрашивало обвинение по статьям «Хулиганство» и «Умышленное причинение легкого вреда здоровью». Из-за того, что больше 10 месяцев обвиняемые просидели в СИЗО, срок в тюрьме для них сократился до 6,5 и 7,5 месяца.

    Позже решение пересматривали, так как адвокаты футболистов пожаловались на многочисленные нарушения во время суда. В итоге приговор отменили, но на срок заключения это не повлияло.

    Аналогичной ситуации можно ожидать и в случае с Ефремовым. По словам сторонних адвокатов, нарушений (как минимум этических) было больше чем достаточно. Поэтому финальный приговор, даже если он будет строгим, несмотря на все смягчающие обстоятельства, могут обжаловать и добиться существенного снижения срока.

    Общественный резонанс в случае с Мамаевым и Кокориным поспособствовал тому, что футболисты действительно отбыли наказание. Однако условия содержания спортсменов — возможность тренироваться, играть в футбол — явно отличались от того, как живут в тюрьмах другие осужденные.