• «90% посетителей АУЕ‐пабликов – фуцаны». 8 фактов о зловещей блатной субкультуре

    Молодежную субкультуру АУЕ («Арестантское уркаганское единство») уже называли новой пионерией и угрозой национальной безопасности. Так это или нет, но эту аббревиатуру уже много лет внимательный человек может наблюдать по всей России — на стенах домов и подъездов, стеклах машин, майках, кепках, школьных тетрадях, и в группах соцсетей с сотнями тысяч участников. О природе этого феномена «360» расспросил филолога Александра Сидорова, автора «Словаря современного блатного и лагерного жаргона».
    Следующая новость

    РИА «Новости» / Сергей Красноухов

    1. Аббревиатура АУЕ — новодел, причем рубежа 90-х — начала нулевых годов. Обычно уголовная культура воздействовала на уличную, особенно сильно в переломные моменты истории, в 20-е годы, в послевоенное время (50-е), в 60-е, в 90-е. С АУЕ происходит иной процесс — это в большей степени субкультура гопников и других мелких уличных преступников. Это «гопничество» проникает теперь в уголовную культуру. Субкультура действительно задействует уголовные понятия и традиции, но переосмысляет их подростковыми мозгами и подстраивает под них.

    2. В близком к нынешнему виду АУЕ оформилось примерно в 2007–2008 годах. Центром его распространения тогда было (и остается сейчас) Забайкалье, там АУЕ расцвело пышным цветом, и оттуда уже начало успешное шествие по всей России. Причина такой эффективности — в том, что молодежи некуда прибиться, считает Сидоров. Идеи АУЕ особо хорошо подпитываются в нищете и бараках, там, где плохо работают социальные институты и образование. Поэтому неудивительно, что именно этот регион, где в нищете, по данным местной Общественной палаты, пребывает 19% населения, приютил эту субкультуру.

    3. Одна из прямых предтеч АУЕ — деятельность вора в законе Евгения Васина (Джема), родившегося в городе Борзя, административном центре Забайкалья. В 90-е годы он сколотил мощное ОПГ, державшее в страхе весь Дальний Восток России. Джем создавал молодежные спортивные организации, через которые транслировал блатную идеологию и набирал преступную смену. Сейчас же центрами сборки АУЕ являются прежде всего сиротские дома и колонии для несовершеннолетних.

    4. Огромный вклад в популяризацию АУЕ внесло правозащитное сообщество и либерально-демократические круги, уверен Сидоров. Например, президентский Совет по правам человека, первый в 2016 году забивший тревогу по этому поводу. Вряд ли их можно осуждать за это — новости из Забайкалья на эту тему впечатлят любого. Сообщения о постоянных убийствах, бунтах в интернатах и поборах со школьников в этом регионе крайне часто соседствуют с пресловутой аббревиатурой. Но такое нагнетание все же полезнее для общества, чем замалчивание, комментирует исследователь.

    5. В местах лишения свободы АУЕ-шниковкакое-то время считали «полубольными», так как они демонстрируют особую жестокость нравов, свойственную детским колониям в куда большей степени, чем взрослым.

    Это самые тупые, жестокие, зверские нравы. На АУЕ-шников ставилось клеймо, их считали отморозью

     — Александр Сидоров

    Сейчас ситуация потихоньку меняется, но многие «черные» (то есть отказывающиеся от взаимодействия с администрацией сидельцы, «блатные») до сих пор дистанцируются от этой субкультуры.

    РИА «Новости» / Александр Кондратюк

    6. Место АУЕ могла бы занять любая другая аббревиатура с тюремных татуировок. Этот мир любит сокращения, и их десятки, если не сотни. ЗЛО («За все легавым отомщу»), СЛОН («Смерть легавым от ножа»), БББК («Бойтесь б*яди башню клинит»), БОНС («Был осужден народным судом»), ИРА («Идем резать актив»)… Но АУЕ в «борьбе обрела право свое» стать символом субкультуры, что, по мнению Сидорова странно, учитывая что она состоит из одних гласных. Самые длинные аббревиатуры, кстати, распространены в женских колониях. Например, АЛЕНКА («А любить ее надо как ангела»).

    7. По зоновским понятиям90% публики, сидящей в АУЕ-пабликах «ВКонтакте» — «фуцаны» (люди, недостойные уважения). Люди там читают и воспроизводят «полную ахинею», ложные представления о воровском мире, говорит Сидоров. Виной этому, в том числе, — низкое качество или попросту отсутствие качественных исследовательских материалов о настоящем тюремном мире. Так, не осмыслена функция этого мира по сохранению старого русского фольклора, размываемого современностью (но выживающего в архаичной среде мест лишения свободы). Например, выражение «в сапогах ходит», выражающем редкость явления («наркотики на зонах ходят в сапогах»). В этой фразе сохраняется мироощущение дореволюционного крестьянина, ходившего по земле в основном босиком или в лаптях, и видевшего сапоги в лучшем случае нечасто. Или «попал как хрен в рукомойник», обозначающее безвыходную ситуацию, — родом она из сказания «Инок в лесу», в котором в то же место попадал черт. Еще один пример — запрет на слово «спасибо», унаследованный блатным миром у староверов.

    8. Субкультура АУЕ и ее лексикон гораздо беднее, и она размывает и смещает упомянутое языковое богатство, хорошо это или плохо. На место этого фольклора приходит его улично-гопнический суррогат. В целом, распространение АУЕ приводит к оскудеванию уголовной среды.

    Люди там стали другие. Сейчас это масса отребья: наркоманы, алкаши, отмороженные бандюганы, люди иной ментальности, чем старые сидельцы

    — Александр Сидоров

    Следующая новость