Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации. Санкции США. Россия и Латинская Америка

 

Авиакатастрофа в небе Украины унесла жизни 298 человек, специалисты нескольких стран уже выясняют, почему упал самолёт "Малайзийских авиалиний". Какие политические последствия несет за собой эта трагедия, мы выясним у эксперта. В студии программы "Интервью 360" генеральный директор "Центра политической информации" Алексей Мухин.

 - Сейчас уже многие говорят о том, что эта авиакатастрофа может стать каким-то переломным моментом в развитии отношений между Москвой и Вашингтоном. Как Вы считаете, так ли это, какие шаги мы можем ждать от США сейчас?

 - Думаю, что ситуацию можно охарактеризовать как начало конца. Либо это конец так называемого "Украинского кризиса" и стороны дальше пойдут к замирению, либо это начало эскалации вооруженного конфликта с участием большего количества сторон. В любом случае, мир прежним уже не будет. 

 - Вы к какой-то из этих точек склоняетесь в данный момент?

 - На данном этапе, судя по всему, происходит мобилизация общественного мнения в ЕС, который уже понимает, что запахло жареным, и, судя по всему, США не остановятся на третьей волне секторальных санкций, которые уже нанесут вред, непосредственный и живой вред европейской экономике. Не зря ЕС не присоединился пока к этим санкциям. Вот я думаю, что дальнейшая интенсификация действий со стороны США и дальнейшее давление на ЕС с целью принудить их присоединиться к этим санкциям приведет к тому, что произойдет обратный эффект – ЕС начнет восстанавливать отношения с РФ и будет использовать для этого как раз процесс расследования инцидента с падением "Боинга". 

 - Вы предполагаете, что США готовят какие-то новые санкции для нашей страны. Когда эта реакция может проявиться?

 - Введение санкций со стороны США не зависит от течения украинского кризиса, оно зависит совсем от других причин. Например,  третья волна санкций была введена сразу после удачного для России саммита "Брикс", формирования двух очень мощных финансовых институтов, возвращение России на Кубу, более того, военные успехи так называемого "ополчения" так же привели в некоторое нестабильное состояние наших оппонентов. И, судя по всему, США пытаются ввести в состав соучастников и ЕС, который уже понимает, в какую авантюру он ввязывается. 

 - Что касается конкретно Брюсселя, как конкретно на них может повлиять эта трагедия?

 - Я ожидаю давления со стороны глав национальных государств - Франции, Италии, Германии и других стран, заинтересованных в общем развитии европейской экономики и в развитии своих национальных экономик в частности. Потому что  санкции против России и присоединение к ним ЕС означает потерю рабочих мест, означают сворачивание инвестиционных проектов. В конце концов наш торгово-экономический оборот превышает 400 млрд долларов и не идет ни в какое сравнение торговым оборотом России с США, который составляет 40 млрд долларов. 
 

 - А как в этой ситуации вести себя россиянам? Как России действовать, какие-то, может, превентивные  меры нужно уже принимать?

 - Я не скажу, что российская сторона действует идеально, хотя руководство России совершает совершенно правильные действия. В ответ на угрозу санкций Россия развила деятельность по привлечению новых инвесторов и вышла на новые оперативно-экономические просторы. Я имею в виду Азию, Латинскую Америку и т. д. Без денег и без работы мы не останемся, совершенно точно. Сейчас долларовая доминанта безусловна и мало кто может позволить себе сомневаться в этом. Существующие тенденции говорят о том, что национальная валюта, я имею в виду евро, юань, возможно, какие-то иные валюты, они вполне могут составить в дальнейшем конкуренцию доллару. Важно перевести расчеты сторон, а между Россией и Китаем сейчас есть расчеты и в рублях, и в юанях, на альтернативные валюты. С течением времени просто доминанта доллара рухнет сама собой, это естественный процесс. 

 - А что может Россия противопоставить США и ЕС в санкционных вопросах, есть ли у нас какие-то рычаги давления?

 - Да, безусловно. Ведь американские компании очень долго добивались выхода на российский арктический шельф. Последние 5-7 лет они предпринимали очень много усилий, чтобы выстроить отношения с российским руководством и российскими компаниями, я имею в виду "Газпром" и "Роснефть". По сути, сейчас речь идет об отказе от результатов этой работы. Видимо, администрация  Барака Обамы действует в интересах других компаний, которые в этом процессе не участвовали: "Шелл", "Шеврон" и т. д. , которые сейчас активны на Украине. Вот такой диссонанс между действиями администрации, рассогласование действий между американскими компаниями выявляет высокий уровень конкуренции между этими компаниями, которые отражаются уже на политических процессах. Так что, видите, в любой политике базовая основа всё-таки экономическая. 

 - Трагедия, которая случилась накануне, она, безусловно, ужасна. Если говорить языком политическим, насколько она может повлиять на эскалацию ситуации, и так непростой, которая существует сейчас между США и Россией?

 - Трагедия с "Боингом", скорее всего, будет триггером политических событий, будет иметь серьезные политический последствия, и, скорее всего, они наступят для Украины, потому что, я напомню, это – зона ответственности Украины. И здесь разговоры относительно иностранного участия в этом инциденте, они носят умозрительный характер. Конечно, нужно дождаться решения экспертов и решение экспертов должно быть авторитетным. Для этого необходимо к экспертной работе привлечь все заинтересованные стороны. И Россию, и США, и ЕС, и Украину. 

 - Если вернуться на несколько дней назад, когда пошла очередная волна дополнительных санкций со  стороны США, пришлось это на время пребывания нашего президента в Бразилии, в то время, когда "Брикс" происходил. Прямая связь между этими событиями есть?

 - Да, безусловно. Потому что, и санкции, и повестка саммита подготавливались заранее. Стало понятно, что на саммите Россия играет роль организатора, инициатора многих проектов, которые очень неприятны США. Мы уже упомянули о создании двух финансовых институтов, которые будут гарантировать серьезность решений саммита и их исполнение, и, возможно, будут являться причиной переконфигурирования мировой финансовой системы. Ведь у МВФ, в данном случае, появляется соперник, конкурент. 

 - Ожидается, что Брюссель может наложить запрет на кредитования России в европейских финансовых институтах, действительно ли это возможно?

 - Это не страшно, потому что подобного рода кредитование мы можем получить в Японии, в Китае и других странах, которые уже стоят с готовыми инвестиционными предложениями, это не секрет. Европейцы это знают. Более того, отсутствие такого кредитования ударит по финансовым институтам европейским. Возможно, именно это и является целью США, ослабить евро?

 - Сейчас Япония, которая ранее занимала более агрессивную позицию по отношению к нашей стране, как будто несколько смягчила её, это так?

 - Не следует понимать японцев буквально. Японцы очень сложный народ, и здесь ритуал играет большую роль. Ритуал состоит в том, что МИД Японии находится под серьезным влиянием США и риторика соответствующая. Однако бизнес играет совсем другую игру. Бизнес готов работать с Россией, даже в обход санкций со стороны США. Он прекрасно понимает, что без России, без этой громадной ресурсной базы, без громадного рынка потребления – не выжить. Поэтому такая двойственная политика со стороны Японии нас должна устраивать. То есть, слова - словами, а ручки-то делают!

 - Что касается непосредственно ЕС: США принимает санкции, ЕС  сомневается – тут мы хотим, тут мы не хотим. Как Вы считаете, о чем, на самом деле, думают коллеги из Старого света, и что нас ждет в ближайшем будущем с их стороны?

 - Коллеги из Старого света поступают весьма прагматически. С одной стороны, Европа, конечно, зависит от США, достаточно посмотреть на карту размещения баз НАТО, в том числе, американских войск в той же Германии, где контингент Пентагона очень большой. Помимо этого следует учитывать, что США располагают самой мощной армией в мире, поэтому игнорировать их мнение не представляется никакой технической возможности. Однако пока речь шла о санкциях персональных, то есть, нестрашных санкциях, Европа охотно присоединялась к ним. Когда же речь зашла о секторальных санкциях, которые будут иметь экономические последствия, Европа выработала формулу  "2+".  Это означает, что к первой и второй волне санкций она присоединяется, а вот к третьей – нет, и оставляет за собой свободу выбора. Эта позиция крайне гибкая, умная, она выводит Европу из-под прямого удара со стороны США, а они последуют, принуждение будет, но при этом позволяет Европе спокойно сохранить отношения с Россией. 

 - От вопросов глобально-политических к более узким. Наш обычный потребитель из российской глубинки, Иван Сидоров из Тамбовской губернии. Какой ему вред от этих санкций и что ему за польза знать, о чем договариваются между собой Барак Обама и Ангела Меркель?

 - Вред, если будет, то минимальный. Есть такое понятие, как импортозамещение. То есть, товары, которых нам будет не хватать в результате введения этих санкций, можно будет добрать где-то на стороне. Судя по тому, что многие товары производятся в Азии, в том же Китае, Малайзии, Индонезии и т.д., рядовой потребитель вообще даже не заметит того, как именно эти санкции влияют на репутацию и инвестиционный климат государства. Более того, вполне возможно, что мы извлечем из этого выгоду, потому что цепочка посредников просто исчезнет, и мы станем платить за те же товары гораздо меньше.